Под крылом – Арктика
В середине февраля 1934 года весь земной шар облетела телеграмма: «Челюскин» затонул. Экипаж парохода высадился на лед». И далее шли подробности катастрофы, в результате которой погиб завхоз Могилевич, а 104 человека высадились на льдину, среди них десять женщин и двое детей. Положение пострадавших было трагично. На следующий день после гибели корабля была создана правительственная комиссия под руководством заместителя Председателя Совнаркома СССР В.В. Куйбышева, на которую возложили все работы по спасению челюскинцев.
По всей стране посыпались заявления добровольцев, желающих принять участие в спасении полярников, многочисленные проекты спасательных работ и экспедиций.
Попытки пробиться к лагерю О.Ю. Шмидта на собачьих упряжках закончились неудачей. Надежды на ледоколы тоже было мало: подсчитали, что когда они достигнут лагеря, льдины могут растаять. Наиболее вероятный путь спасения – воздушный. На это же указывал Шмидт, радирую в Москву: «Самолеты всего реальней...»
Сегодня хорошо известны имена первых Героев Советского Союза Сигизмунда Леваневского, Анатолия Ляпидевского, Ивана Доронина, Маврикия Слепнева, Михаила Водопьянова, Николая Каманина, Василя Молокова - летчиков, принявших участие в спасении челюскинцев. И при этом редко вспоминаем тех, кто был с ними рядом, от кого зависела безопасность полетов - штурманов и бортмехаников.
Уверен, мало кто из арзамасцев знает, что в отряд Каманина входил нижегородец Матвей Шелыганов, юность которого прошла в нашем городе. Даже в газете «Арзамасская правда» за 1934 год этот факт обойден вниманием.
Однако в том, что два самолета из пяти отряда Каманина сумели сквозь яростные атаки Арктики пробиться в Ванкарем, большая заслуга штурмана Матвея Шелы-ганова. Позднее в книге «Летчики и космонавты», вышедшей в 1972 году, генерал-полковник авиации Николай Петрович Каманин дал высокую оценку своему штурману.
В эскадрилье завидовали Каманину и Шелыганову, командированным на выручку челюскинцам. Прощаясь, командир и сомиссар сказали: «Ведите себя так, чтобы все видели, что вы люди военные». В отряд спасателей были включены и военные летчики, и гражданские.
Секретарь партячейки Шелыганов не скрывает: нравится ему тот двадцатидвухлетний летчик Каманин, которому доверено возглавить отряд. Вон ведь как без колебания принял решение об отстранении от полета гражданского летчика Фариха, когда тот не согласился лететь в строю. Отстранил - и никаких дискуссий.
Каманин напоминает ему одного из командиров, участника Гражданской войны, который приходил к ним в школу: аккуратный, подтянутый. Он был подрывником. Когда весной Теша взбунтовалась, ему поручили опасную задачу: взорвать серединные сваи, чтобы река не снесла мост целиком. Ребятишки залезли на ближайшие крыши и наблюдали за командиром. Вот он с граг натами опускается к мостовым сваям, раздается щелчок ударника. Командир быстро карабкается вверх и отбегает в сторону, затем сразу - оглушительный взрыв. Потом на занятиях он говорил, что трезвый расчет - вот что должно лежать в основе всех действий. И, конечно же, точность и аккуратность. Эти слова он, Матвей, запомнил на всю жизнь.
В. Панкратов
